Камертон

ИГОРЬ МАЦИЕВСКИЙ – КОМПОЗИТОР И УЧЕНЫЙ
(интервью)

 

- Игорь Владимирович, очень приятно было видеть Вас вновь на астраханской земле  в октябре и ноябре 2008 года в качестве участника двух Международных конференций – «Музыка ХХ века в ряду искусств: параллели и взаимодействия», «Музыкальная семио-тика: перспективы и пути развития», проводимых Астраханской государственной кон-серваторией! Каково ваше впечатление о нашем «обновленном» ВУЗе, ведь он сущест-венно изменился с 2003 года, когда в Большом зале АГК проходил Ваш авторский кон-церт и где Вы присутствовали не только как композитор, но и исполнитель собствен-ных сочинений?

Весьма похвальное. Во-первых, что немаловажно, консерватория обитает в хорошем зда-нии и находится сейчас в прекрасном состоянии; здесь царит здоровая творческая обстанов-ка и характерна высокая креативная реализация ее представителей, в чем немалая заслуга ее нынешнего ректора – профессора, заслуженного артиста РФ А.В. Мостыканова, а также про-ректоров – кандидата искусствоведения О.И. Поповской, кандидата искусствоведения Л.В. Саввиной и народной артистки РФ Н.К. Тарасовой. В консерватории работают великолеп-ные педагоги, музыканты-исполнители. Среди них – пианистка Л. Круглова (ее ученица О. Иванова прекрасно справилась в 2003 году с исполнением моего фортепианного цикла «Тени Петербургские»), высоко квалифицированный хоровой дирижер, профессор С. Комяков (его хор «Лик» прекрасно исполнил и записал тогда мои «Пять литургических песнопений»). Очень хорошее впечатление оставляет Хор консерватории, руководимый профессором Л. Власенко, а также симфонический оркестр, ведомый Л. Егоровым.
Об этом человеке хотелось бы сказать особо. Леонид Николаевич – выдающийся музы-кант, профессионал и художник общероссийского, да и, пожалуй, международного масшта-ба. Созданный и руководимый им Мужской камерный хор Астраханской филармонии, на мой взгляд, сегодня не имеет себе равных в России. Мастерство, культура, широчайший ре-пертуар коллектива – наивысшей художественной пробы. Дирижер и Хор всегда в постоян-ном поиске, творческих новациях: чего стоят только первое в России, блистательное испол-нение им и запись на СD «Реквиема» Ф. Листа! А исполнительское открытие одного из ше-девров русской музыки «Литургии» А. Алябьева – произведения, долгое время для мира не-известного!... Немалой является и инициатива Л. Егорова по составлению замечательной программы из вокальных сочинений венской неоклассики: А.Шенберга, А.Веберна, А.Берга, блистательно исполненных Е. Стрельцовой (сопрано) и Ю. Эльпериным (фортепиано) на концерте, состоявшемся 15 ноября 2008 года в рамках проведения конференции «Музыка ХХ века в ряду искусств: параллели и взаимодействия».

- Вы в 2008 году являлись участником двух Международных конференций в Астра-ханской государственной консерватории… Что запомнилось более всего?
Вообще, научная работа в ВУЗе – просто на высоком уровне. Регулярно издаются моно-графии, учебники, статьи педагогов консерватории (здесь необходимо отметить книги Л.В. Саввиной, В.О. Петрова, М.Г. Хрущевой, Л.П. Казанцевой, П.П. Сладкова и др.!), регулярно осуществляются прекрасно подготовленные научные конференции, издаются сборники на-учных трудов в области семиотики, взаимодействия искусств, теории и истории музыки, этномузыкологии. Своими успехами научная работа АГК, безусловно, обязана вдумчивой и прекрасно организованной работе в этой         сфере деятельности ВУЗа проректора по научной работе, профессора Л.В. Саввиной, прекрасно ориентирующейся в современных направлениях науки и перспективах исследовательской политики в консерватории и в городе в целом. На конференциях АГК я был рад познакомиться также со многими интересными людьми и из других городов: В.П. Давыдовой и С.Б. Кожаевой (Волгоград), С.И Хватовой (Майкоп), И.С. Стогний (Москва), С.П. Полозовым (Саратов), Н.В. Александровой (Минск) и т.д. Как всегда приятно и творчески интересно было вновь встретиться и пообщаться с гостями конференций – прежними знакомыми и коллегами: А.В. Денисовым, Т.В. Карташовой, Л.А. Скафтымовой, А.С. Ярешко, М.Г. Хрущевой, А.В. Свиридовой, В.И. Лисовым, А.С. Алпатовой…

-        Как мне кажется, Вы дали абсолютно верное определение деятельности научного «отдела» консерватории в целом и ее первого представителя – Людмилы Владимировны Саввиной… Как Вы оцениваете уровень прошедших конференций? Какие Вы видите плюсы и минусы? Может, что-то особо запомнилось, выделилось, вызвало поло-жительный или отрицательный эффект, побудило к дискуссиям?
Мне показались весьма интересными и на новом витке продолжающими линию научных изысканий авторов оба доклада Л.В. Саввиной, доклады А.В. Денисова, Т.В. Карташовой, В.О. Петрова, А.В. Свиридовой, Л.П. Казанцевой, П.П. Сладкова (с некоторыми из них я – и как композитор, и как исследователь – обнаружил ряд пересечений и общих поисков: в частности, по проблемам взаимодействия искусств, их истоков и современных взаимодействий). Очень важными мне представляются и информационные сообщения, с ознакомлением поисков и учебных программ, осуществляемых в передовых странах дальнего зарубежья (в этом плане чрезвычайно интересным показался Мастер-класс С.П. Полозова, состоявшийся в рамках конференции «Музыка ХХ века в ряду искусств: параллели и взаимодействия»). Вообще, думаю, что сочетание на конференциях непосредственно докладов, Мастер-классов и прослушивания новой или редко исполняемой музыки (в концертах, либо в записи) – сегодня очень актуально и позицию организаторов конференций в этом плане необходимо всячески приветствовать.

На астраханских конференциях царит очень благоприятная, доброжелательная атмосфе-ра; организованы они очень добротно. Но есть и некоторые предложения. Для усиления КПД будущих форумов – пожалуй, выскажу следующее: 1) сборник тезисов все же целесообразнее издавать к самому началу конференции, чтобы ее участники могли заранее познакомиться с содержанием докладов и тогда на самой конференции больше остается время для иллюстраций, живых дискуссий и меньше шансов для «испорченного телефона»; 2) при всех сегодняшних трудностях конференция – это, прежде всего, форум, живое общение, непосредственный обмен идеями, планами и даже, если хотите, эмоциональными впечатлениями. Когда ряд заявленных докладчиков отсутствует, это вызывает тревогу либо за их здоровье, либо отношение к самому форуму (нехорошо, если конференция, сегодня с большими трудностями достающаяся организаторам, становится для некоторых авторов лишь средством получить очередную публикацию: отсутствие автора должно быть исключением; в моем Секторе существует правило: докладчику, опубликовавшему у нас свой материал и дважды, без особых существенных причин, не явившемуся на конференцию, отказывают в праве дальнейшего в них участия).

- Игорь Владимирович, расскажите о себе… Я думаю, нашему читателю интересно будет узнать об основных вехах вашей биографии…
Родился я в Харькове. Отец – врач и ученый-инфекционист, доктор медицинских наук профессор, многолетний заведующий кафедрой инфекционных болезней Медицинского Университета в Ивано-Франковске, хорошо играл и импровизировал на фортепиано и на сопилке (украинская народная флейта); мать – выпускница Харьковской консерватории, пианистка, педагог фортепиано и сольфеджио ДМШ в Ивано-Франковске. Первоначальное образование я получил в Ивано-Франковске как пианист и виолончелист, затем (с отличием) окончил композиторское отделение Львовской консерватории (по классу профессора Адама Солтыса, видного польского композитора, жившего во Львове), затем ассистентуру-стажировку Ленинградской консерватории по классу композиции профессора Ореста Евла-хова (первого ученика Шостаковича и заведующего кафедрой композиции) и аспирантуру РИИИ под руководством И.И. Земцовского. С 1972 года – научный сотрудник, а с 1991 года – заведующий сектором инструментоведения этого же Института, с 1993 года одновременно – профессор по классу композиции и курсам органологии и музыкальной антропологии Петрозаводской государственной консерватории. Ранее (в 1970-х гг.) преподавал композицию в Ивано-Франковском музыкальном училище, в 1980-х гг. – в Ленинградском музыкальном училище им. Мусоргского, в начале 90-х гг. – композицию и инструментовку во Львовской консерватории (ныне Музыкальной Академии).

- Вы вели и ведете класс композиции... Ваши ученики – видные представители совре-менной музыкальной культуры России и ближнего Зарубежья. Кем особо гордится про-фессор Мациевский?
Среди моих учеников – композиторы И. Чудинова, Н. Александрова, Н. Калинчев (Санкт-Петербург), П. Гречка, И. Федун, В. Коваль (Львов), В. Косачук (Беларусь), Г. Архипов, Т. Ямбердова (Республика Марий-Эл), А. Беляева и А. Карпова (Карелия), Л. Грузнова (Зыбкина) и Н. Рогачева (Москва).

- Если продолжать беседу о композиторском творчестве, то у меня возникает есте-ственный вопрос: как давно Вы сами сочиняете? Какие произведения можно считать «отправными» в Вашей композиторской деятельности?
Первые попытки – с шести лет, как стал заниматься с мамой по фортепиано, первое «серьезное» сочинение – Каприччио для виолончели и фортепиано – где-то в 7 классе. А уже в консерватории: Первый струнный квартет, Поэма для скрипки и фортепиано, Хоровой триптих «Беспокойство» на стихи польского поэта Т. Ружевича (исполнялся во Львове и 1 часть – в Киеве на Республиканском смотре молодых композиторов в 1965 году; вторая редакция опубликована в Санкт-Петербурге в 2003 году), Оратория «Память о Лесе Украинке» для солистов, смешанного хора и симфонического оркестра, Первый скрипичный концерт и др. Среди более зрелых сочинений: Симфония-концерт «Аз и я» (по мотивам книги Олжаса Сулейменова) для скрипки с оркестром, 2-й струнный квартет, Квинтет для деревянных с валторной, сонаты для фортепиано, для скрипки и фортепиано, виолончели и фортепиано, Сонатный диптих «Вступление в Апокалипсис» для виолончели соло, фортепианные циклы «6 прелюдий и фуга» и «12 Петербургских теней» (многие из них опубликованы), серия вокальных и хоровых циклов, произведения для арфы, трубы и других инструментов. 

- Помимо композиторской деятельности, Вы еще – и знаменитейший ученый, док-тор наук, автор важных, признанных монографий и трудов… Что для вас первично – наука или композиторское творчество?
Вообще, изначально, конечно, – сочинение. Однако, и к науке интерес всегда был (все-таки – сын доктора наук, домашняя научная атмосфера, хоть и в области медицины; да и ма-ма выступала на различных методических конференциях). Мой первый опыт научных вы-ступлений – на студенческой конференции Львовской консерватории с докладом «О 1-й фортепианной рапсодии Миколы Лысенко», а затем на Республиканской студенческой кон-ференции в Киеве (1965) с докладом о гуцульской скрипичной сюите-поэме (в дальнейшем опубликованной в виде статьи, 1972). Ну и дальше обе сферы деятельности как-то совмеща-лись: две аспирантуры, Симфония, опера, балет, Месса, концерты, сонаты, квартеты, симфо-нические поэмы, музыка к десяти музыкальным кинофильмам, двум спектаклям, две опуб-ликованные и две ждущие своего выхода монографии, а также свыше ста научных статей

- В рамках нашей конференции «Музыкальная семиотика: пути и перспективы раз-вития» состоялась аудиопремьера вашего опуса – «Белорусская месса» – весьма инте-ресного сочинения, легко – без особых натяжек и видимых «связующих зон» – сочетаю-щего, на мой взгляд, традиции и новации, не в пример ряду крупных произведений боль-шинства современных композиторов, либо стремящихся к перечеркиванию всех извест-ных традиций, к «выходу в новые грани бытия» музыкального пространства, либо пи-шущих в условиях доступной традиции… Скажите, пожалуйста, как возникла идея на-писания этого сочинения – не только полистилистичного, но и полисодержательного, поликонфессионального, если так можно выразиться?
Созданию Белорусской Мессы предшествовала известная история. Произведение, конеч-но, появилось не случайно, следуя «очередному заказу». Здесь два истока:
1. С белорусской культурой породнился давно, с детства. Мать, готовя материал по соль-феджио для младших классов, очень любила вводить в него белорусские народные песни и, непременно, на белорусском языке (некоторые из них я знал с раннего детства). Когда учил-ся в 3-4-м классах средней школы, ближайшим другом был парень из деревенской по проис-хождению белорусской семьи (где дома разговаривали по-белорусски, и я с ними тоже). Отец, возвращаясь из своих командировок, по дороге всегда покупал белорусский юмори-стический журнал «Вожжык» и мы дома его все читали. Во Львове студентом снимал комнату с одним из выходцев из Западной Беларуси Янушем Буцько. В Петербурге весьма был дружен с замечательной чтицей белорусских сказок и режиссером Ларисой Рыжковой, ныне руководителем знаменитого в Республике Беларусь ансамбля «Калыханка». Так что, когда, в 1989 г. я, начав как композитор работу с выдающимся кинорежиссером Адольфом Каневским и приехав в Минск, услышал как многие там гнушаются белорусского языка, не знают белорусского фольклора (кстати, наиболее в жанровом отношении архаичного и самобытного из всех славянских народов), шедевров белорусской духовной музыки (А. Туренкова, М. Равенского, М. Куликовича-Щеглова), не читали стихов Н. Арсеньевой, Л. Гениюш, и даже величайшего мастера серебряного века Максима Богдановича, – я буквально восстал против такой несправедливости. Приезжая туда, сознательно говорю только по-белорусски. Я написал музыку к шести белорусским музыкальным кино- и видеофильмам (из них два – по моему же сценарию), более двадцати хоровых и вокальных сочинений на стихи М. Богдановича (состоялся даже специальный авторский концерт на эту тему в Центральном Доме литераторов в Минске), а также свыше пятнадцати – на другие белорусские тексты. Издал в 2004 году в Санкт-Петербурге том своих сочинений на белорусскую поэзию «Пецярбургскі дыярыюш», готовлю очередной том «Вянок» на стихи М. Богдановича, участвую в работе Белорусского общественного объединения в Санкт-Петербурге и Международной белорусской ассоциации «Бацькаўшчына» и волей-неволей стал не просто ценителем, но и деятелем белорусской культуры…

- Ваше имя даже занесено, по-моему, в ряд важных «культурно-политических» ка-талогов и энциклопедий Беларуси… 
Да, я попал в книги по истории белорусской музыки (например, В. Скоробогатова «Зайгралі спадчыны куранты» (Мінск, 1998), в Энциклопедию «Кто есть кто среди белорусов мира» (Мінск, 2000)…

- Но вернемся к истокам появления «Белорусской мессы»…
Да. Второй из истоков заключается в моем многолетнем обращении к сфере духовной хо-ровой музыки. Мною написаны, изданы и исполнены несколько циклов и отдельных сочинений на канонические тексты на старославянском, украинском, русском, украинском, польском, белорусском языках (ряд из них исполняются и во время церковных служб в православных, греко- и римско-католических храмах России, Украины, Беларуси, Польши). Более десяти лет я работаю в жюри международных фестивалей-конкурсов духовной музыки в Могилеве (Беларусь) и Гайновке (Польша). Поэтому предложение настоятеля кафедрального храма св. Станислава в Могилеве о.Романа Фоксинского принял без колебаний. С ним летом 2006 года и обсуждали сценарий будущей Мессы.

- Но ведь Ваша Месса – не совсем католическая, а, скорее, имеет некий экуменический характер. Кажется, что в ней объединены какие-то разные компоненты – не только музыкально-языковые и текстовые, но и содержательно-теологические… 
Каноническая основа «Белорусской мессы» – классическая католическая Месса со всеми основными частями. Вместе с тем, мой предыдущий опыт и желание создать произведение всеобъемлющего христианского, художественного, человеческого духовного охвата привели к более крупной драматургии, основанной как бы на трех параллельных кульминациях – христианско-духовной, драматургически-композиционной и лирической. Создавая и включая в этот суперцикл разного рода свободные псалмы, инструментальные, сольно-вокальные и хоровые интермедии на тексты белорусских и украинских поэтов я, безусловно, каждый раз советовался со специалистами, священниками, теологами, не противоречат ли они каноническим законам Мессы и, естественно, корректировал свои действия. В итоге и получилась католическая в своей основе, но экуменическая и по содержанию и по форме Литургия, о чем свидетельствуют и мнения специалистов (в т.ч. знатока Высокой Мессы в лютеранской традиции Дм. Гоголева; он сейчас готовит и органную версию, которая будет издана и рекомендована по благословению католических иерархов не только для концертных исполнений, но и для богослужения. Первое исполнение трех ее частей (Верую, Хвали, душе моя, Господа, Аве Мария) состоялось во время моего авторского концерта в прославленном Малом Зале Санкт-Петербургской филармонии 12 февраля 2008 года Государственным Камерным хором «Россика» (дирижер – заслуженная артистка РФ В. Копылова-Панченко (затем многократно исполненные во время гастролей Хора в Англии и на Годовом отчетном концерте в Санкт-Петербурге). Премьера же всей Мессы состоялась 26 июня 2008 года в Могилевском Кафедральном соборе в исполнении Хора и симфонического оркестра Могилевской городской капеллы Республики Беларусь. Есть планы новых исполнений в Москве, Санкт-Петербурге, Минске, Петрозаводске, в Италии. Хорошо бы – и в Астрахани. Очень верю в силу и вдохновение ее артистов.

- Игорь Владимирович, Вы очень энергичный человек – Вы много пишите, как музы-кальные произведения, так и научные статьи, монографии, Вы активно участвуете в разного рода конференциях, симпозиумах, конгрессах, выступая с научными докладами и Мастер-классами, руководите Сектором инструментоведения в РИИИ, преподаете в нескольких ВУЗах Санкт-Петербурга и Петрозаводска… У Вас очень наполненная, на-сыщенная различными событиями жизнь, в чем я лично убедился побывав у Вас в гостях в декабре 2008 года: Ваши телефоны всегда разрываются – звонят из разных уголков России и мира, в восемь утра Вас уже нет дома, а в двенадцать ночи – еще нет дома… Мне кажется, что Ваша востребованность уникальна и, что самое важное, – необхо-дима не только окружающим, но и Вам самому!? А сочетание востребованности и же-лания всегда приводит, как известно, к чрезвычайно положительным результатам… Каковы Ваши творческие планы на будущее? Над чем Вы сейчас работаете, что сочи-няете, какие мероприятия (концерты, конференции, сборники…) готовите? В каких научных и фестивальных мероприятиях собираетесь участвовать?
Только что завершил Концерт для трех пианистов. Премьера намечается в Петрозаводске в апреле (Концерт вызван к жизни замечательной семьей карельских пианистов Виктора, Татьяны и Ирины Портных, им посвящен и ими будет исполнен). Но если астраханцы успе-ют раньше (я видел на сцене Зала консерватории все необходимые для этого 3 рояля – а это далеко не всегда бывает!), – возражать не буду. Продолжу работать над хоровым циклом ко-лядок и Рождественской кантатой (несколько частей уж были успешно исполнены Хором «Laudа» 21 декабря 2008 года в Cанкт-Петербургском Доме композиторов). Сектор инстру-ментоведения РИИИ задумал в 2009 году кроме очередного конгресса «Благодатовские чте-ния» в декабре с непременным симпозиумом «Голос в культуре», – конференции «Проблемы когнитивной музыкологии» и продолжение сериала «Петербург и национальные музыкальные культуры» (по одному из циклов «Петербургская музыкальная полонистика» проведены уже 4 форума). Думаю также принять участие в конференции Московской консерватории из сериала «Мировые музыкальные культуры», в жюри очередного Могилевского фестиваля… Рад буду поездкам в Астрахань. А впрочем, как Бог даст!… 

- Я был поражен деятельностью Вашего сектора, когда был гостем организованной им – во главе с Вами – конференции «Инструментальная музыка в межкультурном про-странстве: проблемы артикуляции». У Вас сплоченный коллектив; каждый имеет свои функции и обязанности, а это означает, что ни одна деталь не проскользнет мимо внимания... Пользуясь случаем, хочу поблагодарить за все кандидата искусствоведения, научного сотрудника Вашего сектора Алису Тимошенко… Каковы приоритеты Вашего сектора? В чем его специфика?
История Сектора восходит к 20-м гг. ХХ века, когда в Институте была создана Лаборато-рия по изучению акустики и музыкальных инструментов. Затем уже в послевоенные годы благодаря переходу из Эрмитажа К.А. Верткова был создан и сектор. Из крупнейших его имен в прошлом – конечно, Георгий Иванович Благодатов, выдающийся дирижер, создатель первого Оркестра старинной музыки, историк симфонического оркестра и этноинструментовед (в его честь и проводятся уже упомянутые мной «Благодатовские чтения»). Из других имен – С.Я. Левин (исследователь духовых инструментов в истории музыкальной культуры), П.Б. Галайская (историк русского инструментоведения), А.С. Рабинович, Э.Э. Язовицкая, И.М. Вызго. Выпущенный Вертковым, Благодатовым и Язовицкой «Атлас музыкальных инструментов народов СССР» явился первым в истории музыковедческим трудом, удостоенным Государственной премии России. Тематика нынешнего Сектора довольно широка: это и история инструментов европейской и мировой музыки, традиционная инструментальная культура народов мира, проблемы музыкального исполнительства и текстологии, музыкальная археология, методология и теория органологии, инструментовки и оркестровки. Естественно, значительную долю Сектора составляют композиторы (И. Чудинова, Ю. Бойко, Р. Зелинский, Н. Александрова, Е. Хаздан, А.Тихомирова) и исполнители (В. Свободов, А. Платонов, Д. Гоголев, М. Киреева, Е.Студинов), а также активно связанные с живым творческим процессом музыковеды (А. Тимошенко, А. Никаноров, Д. Булатова, О. Пахомова). Из восьми секторов РИИИ Сектором инструментоведения осуществляются порой более половины всех проводимых в Институте конференций и изданий. Подробнее история и задачи сектора изложены в моей статье «Наследие Г.Благодатова и сектор инструментоведения РИИИ» в 5-м выпуске сборника «Вопросы инструментоведения», выпущенного нашим институтом (СПб., 2004).

- В заключении хотелось бы услышать Ваше мнение об Астрахани – как городе и культурном центре Юга России…
Красивый город, где великолепно сочетается добротная европейская культура, высокий русский культурный дух (во главе с потрясающим Кремлем) с дыханием Востока. Мне очень нравятся татарские районы, прекрасные мечети, армянские здания и памятники… Рад, что скоро будет поставлен памятник великому казахскому музыканту Курмангазы (на момент издания интервью этот памятник установлен на ул. Советская – в самом центре города – В.П.). Думаю, возрождающая и крепнущая сегодня жизнь искусства, науки о музыке в этом городе и  роль Астраханской консерватории, будет достойна его великого прошлого.

- Игорь Владимирович, благодарю Вас за интервью, выражаю искреннюю радость не только свою, но и всего коллектива нашей консерватории о встречах с Вами, и надеюсь, что Вы станете постоянным участником всех наших научных мероприятий в даль-нейшем!

В.О. Петров
кандидат искусствоведения,
преподаватель кафедры теории и истории музыки