Камертон № 7

ВОСПОМИНАНИЯ О ЛАРИСЕ ПАВЛОВНЕ ИВАНОВОЙ

 

 

Одним из педагогов и научных деятелей, стоявших у истоков становления Астраханской консерватории, явилась Лариса Павловна Иванова, посвятившая свою жизнь воспитанию молодого поколения музыковедов.
Лариса Павловна родилась 28 декабря 1935 года в Самарканде. Окончила школу с золотой медалью, в 1953 году поступила в Узбекский государственный университет, получив, по его окончании,  квалификацию филолога.  Далее последовало обучение в Самаркандском Государственном Музыкальном училище по специальности фортепиано и Ташкентской государственной консерватории по специальности музыковедение.
В 1971 году Лариса Павловна приехала в Астрахань, где началась её педагогическая деятельность в качестве преподавателя кафедры теории и истории музыки.
За годы своей работы Лариса Павловна была удостоена различных званий: кандидат искусствоведения (1980), доцент (1986), Член Союза композиторов России (1985), заслуженный деятель Всероссийского музыкального общества (1987). В 2005 году защитила докторскую диссертацию на тему «Типология фольклоризма в русской музыке ХХ века».
В юбилейные дни консерватории коллеги и друзья Ларисы Павловны делятся  своими воспоминаниями:
   Саввина Л. В.: Ларису Павловну я знаю давно – с 1971 года, когда приехала работать в Астрахань после окончания Горьковской консерватории. В отличие от меня Лариса Павловна уже имела стаж работы во Фрунзенском институте искусств. Мои первые впечатления о ней как о человеке удивительно тактичном, степенном и внутренне сдержанном, сохранились на многие годы. Несмотря на нетерпимость времени, быстротечность событий, она отличалась особой уравновешенностью и терпимостью по отношению не только к коллегам, но и к студентам. От неё никогда не исходило давление, или нажим, но всегда убедительно было изложение собственной точки зрения.

        Позиция Ларисы Павловны, связанная с вопросами как профессионального, так и чисто житейского характера, всегда вызывала уважение своей чёткой определённостью и опорой на здравый смысл. Поэтому так ценны были её советы и пожелания при обсуждении работ, как студентов, так и педагогов. Пожалуй, только Лариса Павловна могла с особой тщательностью изучить каждую страницу текста, увидеть стилистические и смысловые несоответствия. И при этом всегда поражала её скрупулёзность, въедливость как редактора не только в каждое слово, но и в каждую букву. Именно это качество было столь ценным для нас, её коллег, занимающихся научной работой. Да и впоследствии приходилось удивляться тому, с какой тщательностью она работала над текстом своей докторской диссертации. Сейчас, когда нет рядом Ларисы Павловны, понимаешь, что в основе этой придирчивости лежит ощущение особой ответственности за свою профессию, за прожитую жизнь.   
   Хрущёва М. Г.: Одним из поворотов в моей жизни было решение посвятить себя Астраханской государственной консерватории, новому тогда Высшему учебному заведению (но ведь и был выбор!). И мы с Ларисой Павловной встретились в Астрахани, на избранной нами для дальнейшей жизни кафедре теории и истории музыки, – надеясь, что этот выбор станет для нас счастливым. Так оно и оказалось. Ибо мы получали от консерватории и от нашего зав. кафедрой, М.А. Этингера, всяческую поддержку, особенно в научной работе, – а он очень пристально-внимательно оценивал и наш потенциал, а мягко-критично направлял  в наиболее разумную, соответствующую нашей натуре, сторону. 
Однажды наступил момент, когда уже была для нас пройдена первая стадия формирования педагога ВУЗа (а это минимум три года, точнее – от трех до пяти лет) – и  консерватория дала первые научные целевые направления в конкурсную аспирантуру. Я и Лариса Павловна избрали  ЛГИТМиК (Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии), ныне вернувший себе прежнее название Российский институт истории искусств, где ранее творили такие ученые, как И. Соллертинский, Е. Гиппиус, Б. Асафьев, а в «наше» время – не менее значимая когорта уже тогда светил науки, ныне  всемирно  признанных ученых (перечислять их всех – переписывать научную искусствоведческую энциклопедию… Но все-таки: Г. Орлов, М. Арановский, Л. Раабен, И. Земцовский).
И вот две первые претендентки на обучение в аспирантуре в Зубовском особняке, на Исаакиевской, 5  – НИО ЛГИТМиК, прибыли  из Астрахани в чудную осень 1976 года для экзаменационных испытаний. Конкурс был весьма солидный (дело в том, что в 1970 году отменили конкурсную аспирантуру /когда в аспирантуру мог поступать любой желающий выпускник консерватории/ и ввели «целевую»,  в которую могли поступать только преподаватели высших учебных заведений по направлению Ученого Совета ВУЗа; однако конкурс был, уже среди «целевиков» – и немалый).
Поэтому, несмотря на уже сданный «кандидатский минимум», т.е. экзаменов, – по философии и иностранному языку, мы сдавали еще и экзамен по истории КПСС. А главный экзамен – это экзамен по специальности. Я поступала к Изалию Иосифовичу Земцовскому (тогда еще кандидату искусствоведения), в сектор фольклора, а Лариса Павловна Иванова – к Льву Николаевичу Раабену, в сектор музыкознания.
Наступил «судный день». Мы с Ларисой Павловной, как сестренки, не расставались, держались друг друга, только что не за руки, не отдаляясь в пределах метра,  и  так волновались, что Климовицкий, проходя мимо, не выдержал и сказал: «Да что вы так уж волнуетесь? Всё будет нормально!» – и эта простая фраза, а главное, – понимание и сочувствие – нам очень помогло. Мы с Ларисой Павловной посмотрели друг на друга (я хорошо помню этот момент) – и без слов, вздохнули и поняли, что здесь –А далее … далее был наш триумф! На экзамене по специальности мы обе получили ОТЛИЧНО, более того, нас даже прервали в ответах (что было обидно, как всегда, когда заготовлено столько идей для высказывания!) и  – и началась иная жизнь. Истинно Научная. Научная Школа.
Лариса Павловна Иванова, имевшая всю жизнь за все этапы своего обучения только отличные оценки, столь же блистательно продолжила эту линию и в аспирантуре, на защите своей кандидатской диссертации, а затем, впоследствии, докторской (и тоже в этом городе). Я со всей достоверностью свидетельствую, что Лариса Павловна Иванова была самой любимой и ценимой ученицей Льва Николаевича Раабена, о чем он неоднократно и публично говорил. Здесь счастливо творчески совпали Учитель и Ученица, создался гармоничный научный  и человеческий «тандем».
Лариса Павловна Иванова была истинным Ученым, со всей дотошностью и детальностью не позволяющая себе ни йоты небрежности, недоскональности. Истинно интеллигентный человек, как всякий талант, она была, как я называю, «без пыли», достойно несла и своё дворянское происхождение, духовный аристократизм, и повторю – истинную научность. Она свою жизнь положила на Алтарь Науки – и сотворила (увы, к её финалу) теорию фольклоризма в композиторской музыке.  Это её Научный памятник, остающийся в музыкальной культуре и в истории науки.
Она умела быть истинным Другом: не потакающим, но критичным. И я до сих пор на заседаниях кафедры теории и истории музыки привычно  стремлю свой взгляд на место, где она всегда сидела, с молчаливым вопросом: «А ты, Лариса, как думаешь? Как оцениваешь?»… Но раз духовно мы всё еще вместе, то мы  – не расстались.
Это не запоздалый некролог, но самые светлые воспоминания о некоторых мгновениях рядом прожитой жизни.
         Поповская О. И.: Кажется, ещё вчера мы сидели рядышком за нашим любимым столом на кафедре, ещё вчера, прогуливаясь по парку, ели стаканчики мороженого, ещё вчера обсуждали концерт, понравившуюся статью, результаты очередного зачёта, делились впечатлениями об успехах у и неудачах наших любимых учеников. Так просто было заглянуть в класс, получив в ответ приветливую улыбку, а вместе с ней и приглашение войти. Вселенские и обыденные проблемы, перемешиваясь, составляли бесконечный орнамент бесед. Вот и сейчас я часто мысленно продолжаю разговор по душам: очень долгий и обо всём.
Лариса Павловна – и сейчас это понимаешь лучше, чем когда бы то ни было,  –  была яркой индивидуальностью; её приметы – интеллигентная, негромкая, вдумчивая, очень взвешенная речь, профессиональная дотошность в любом деле, абсолютное отсутствие помпезности, непривычная по нынешним временам правдивость, душевная простота.
В системе жизненных ценностей – Наука, Семья, Природа: фанатично преданный науке исследователь, трепетно опекающая семейство мать и пестующая любимую внучку бабушка, язычески поклоняющаяся Земле-матушке труженица – разные ипостаси её мира. Всё, за что бралась Лариса Павловна, делалось отменно хорошо, профессионально. Я знаю, каких усилий это стоило, но мысль о компромиссе никогда не возникала. Ни беспредельная занятость, ни плохое самочувствие не могли служить основанием для поблажек себе, тем более основанием для отклонения просьбы: обещанное неукоснительно выполнялось. Неумолимое «надо» всю жизнь руководило поступками. Я не знаю другого такого примера жизненной стойкости, ясности ума, целеустремлённости, умения сосредоточиться на важном.
Лариса Павловна умела и любила работать со студентами, добиваясь поразительных результатов; часто говаривала: «Легко работать с талантливыми, а вот попробуйте раскрыть талант в студенте со средними способностями!». И она открывала таланты.
Я думаю, есть три города, сильно повлиявшие на характер, систему жизненных ценностей Ларисы Павловны: это Самарканд, Ташкент и Ленинград-Петербург. От городов Юга она унаследовала  безграничное почитание старших, верность традициям, уважительность, трудолюбие, хлебосольность (мне пришлось оценить знаменитый узбекский плов!), и в то же время умение довольствоваться малым. За её плечами тяжёлое военное и такое счастливое детство в Самарканде, интересный период обучения в вузах Ташкента (на филологическом отделении Университета и в консерватории), где преподавали изумительные (любимое словечко Ларисы Павловны) педагоги.
Есть и другой полюс воздействий – любимый Петербург, где прошли годы обучения в аспирантуре ЛГИТМиКа у крупного советского исследователя, доктора искусствоведения, профессора Льва Николаевича Раабена. Знаю, что Л. Н. Раабен выделял особо Ларису Павловну из ряда своих аспирантов, отмечая её природный ум, умение концентрироваться на поставленной задаче, обязательность.

          Лариса Павловна, училась всю жизнь, и всегда «на пять», ставя радость познания превыше многих благ. Педагог, учёный по призванию, Лариса Павловна одна из самых значительных и оригинальных личностей в истории нашей кафедры.  

Л.Саввина, М.Хрущева, О. Поповская
кафедра теории и истории музыки